ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ (МАДАЙ-КАРА)


Чугунная дубина вмиг Переломилась пополам, Но Когюдей-гора не сник, Врага схватил покрепче сам, Затем от почвы оторвал И над собой его поднял, И негодующе сказал: «Такого я не ожидал,— Воскликнул громко, возмущен, Я думал, что играет он, А негодяй, в угоду злу, Борясь, хотел меня в золу И черный уголь превратить И на кусочки раздробить!» Слугу противницы своей Ударил оземь Когюдей. Свет воссиял, пропала мгла, Был побежден посланец зла...
Узнав об этом, Дьебелек, Чьи волосы как грязный снег, Как черная змея, шипит, Как зверь, разгневанно рычит: «Зачем сюда из-под земли Свои подарки мы везли? Гостей поили аракой? Напрасно затевали той!» И жалоб черные слова, Ее шипение и вой, Как ядовитая трава, Лога наполнили собой.
Семь одинаковых мужей, Семь молодых богатырей, Подходят к белой юрте той, Где Ай-каан сидит седой. Один из славных семерых — Всевидец Когюдей-Земля Предупредил друзей своих, Почуяв зло, сказал: «Нельзя Садиться, братья, никому В передний угол на кошму».
А быстрый Когюдей-Огонь, Преобразившись в уголек, Нить в юрте белой пережег. Упала тонкая кошма, И взорам всех открылась тьма, Открылись в мрачной глубине Пик острия на самом дне. Тут изумленный Ай-каан — «Кто яму выкопал?» — сказал. И возмущенный Кюн-каан — «Кто козни строит?»— прокричал. Шумел собравшийся народ, Но успокоился, и вот Вновь многолетний, золотой Продолжился великий той.

Алыпов Ай-каан созвал, Властитель воинам сказал: «Заданье трудное даю, Бросаю жребий непростой. Тому отдам я дочь свою, Тот назовет ее женой, Кто в состязаньях победит, Всех остальных опередит».

Случайные изображения из галереи



Поиск

Карта сайта